В Казахстане предложили запретить участие чиновников и их близких родственников в советах директоров публичных квазигоскомпаний. Такие изменения необходимо внести в новый закон об РЦБ, считают в QAMS, передает LS.
В беседе с LS исполнительный директор Ассоциации миноритарных акционеров QAMS Данияр Темирбаев рассказал о предложениях для регулятора, которые должны быть внесены на рассмотрение АРРФР не позднее 11 марта этого года. В том числе и инициатива, касающаяся института независимых директоров (INED), который носит номинальный характер, особенно в квазигоскомпаниях.
"Независимость INED-ов здесь подменена формальностью, процесс их подбора и избрания непрозрачен для общественности и полностью контролируется мажоритарным акционером в лице государства. "От кого нужно зависеть, чтобы стать независимым директором?" – шутят мои коллеги по QAMS", – пояснил Д. Темирбаев.
Он продолжил, что в стране также отсутствует институт minority election – голосования меньшинством (с участием миноритариев) при избрании независимых директоров на собраниях акционеров.
"Мы считаем, что необходимо законодательно закрепить minority election, как минимум в публичных компаниях с госучастием. Например, один член совета директоров (СД) избирается голосами только миноритариев (по опыту Малайзии, Индии). Для отбора INED и ведения национального реестра кандидатов можно рассмотреть создание независимого комитета по номинациям с участием АРРФР, АФК, бирж KASE и AIX, а также Ассоциаций QAMS и QID", – подчеркнул собеседник LS.
Наряду с этим ахиллесовой пятой корпоративного управления в квазигоскомпаниях он назвал влияние чиновников. По его мнению, это тоже является чувствительным вопросом, затрагивающим права миноритариев, поскольку семь из 10 предприятий индекса KASE – с участием государства.
"Нужен законодательный запрет на участие чиновников и их близких родственников в советах директоров публичных квазигоскомпаний, а также их материнских компаний", – считает Д. Темирбаев.
Кроме того, исполнительный директор QAMS отметил, что одной из ключевых проблем локального рынка, которые находятся в периметре интересов миноритариев, является дефицит эмитентов акций. Он напомнил, что в Казахстане насчитывается всего 12 компаний, которые можно отнести к первому эшелону. В их числе – 10 акций индекса KASE и две из индекса AIX (Freedom Holding Corp., Solidcore Resources).
"Такой дефицит инвестиционных идей – следствие структуры экономики, где превалирует государство, и вялых темпов разгосударствления (в том числе путем IPO/SPO). В нашей стране отсутствует очевидная премия за статус публичной компании. В первую очередь это касается квазигоскомпаний", – объяснил он.
В таких условиях собеседник LS считает логичным разграничить в корпоративном праве публичные и непубличные предприятия, а также в связи с этим предусмотреть разную структуру органов управления.
Так, в непубличных компаниях она будет упрощенной, то есть без формирования СД и участия независимых директоров, являющихся номинальными по своей сущности. Тогда как публичным предприятиям предлагается предоставить очевидную премию за такой статус через налоговые стимулы. Например, в виде пониженной ставки КПН, приоритета в госзакупках, более гибкого регулирования при привлечении заемного и долевого капитала.
Другая ключевая инициатива касается квалификации сотрудников брокерских организаций. По словам Д. Темирбаева, как клиенты брокеров миноритарные инвесторы все чаще сталкиваются с подобными ситуациями. При этом для трудоустройства в компании с брокерской лицензией не требуется подтверждать профессиональную квалификацию. На этом фоне в QAMS предлагают рассмотреть возможность обязательного прохождения соответствующих курсов и последующего тестирования для работников брокерских организаций и фондов управления активами.
"Возможно, есть смысл кодифицировать законодательство в сфере РЦБ, объединив закон об РЦБ с законами, регулирующими биржевую, брокерскую, кастодиальную, депозитарную деятельность, а также работу инвестиционных фондов", – добавил он.
Кроме того, собеседник LS ответил на вопрос о том, опыт каких стран можно заимствовать в контексте защиты миноритариев. На его взгляд, помимо вышеназванного опыта Малайзии и Индии, необходимо присмотреться к Японии, которая в 2024 году приняла госпрограмму Tokyo Stock Exchange Value-Up. В случае с Казахстаном стоит предусмотреть в законодательстве требования к публичным госкомпаниям раскрывать стратегию повышения рыночной капитализации, а также роста ROE и дивидендных выплат.
"Резюмируя вышесказанное, скажу, что QAMS будет обращаться в АРРФР и другие госорганы с пакетом инициатив под общим названием Qazaq Corporate Value-Up. Это произойдет после консолидации позиций всех участников ассоциации QAMS", – заключил Д. Темирбаев.
Между тем в АРРФР сообщили LS, что срок разработки программы развития фондового рынка до 2030 года установлен до сентября 2026 года. Тогда как внесение законопроекта о РЦБ в парламент запланировано на октябрь текущего года.
Напомним, среди других инициатив на РЦБ – устранение арбитража между KASE и МФЦА, а также создание единого инвестиционного пространства.
Ранее LS писал об изменениях в правилах брокерской и дилерской деятельности.
