"Бизнес – как ребенок: если его не кормить, он не вырастет"

Взаимоотношения бизнеса и государства всегда были сложной темой для обсуждения в любой стране. Одним из ярких представителей бизнес-сообщества Казахстана является собственник группы «Сентрас» Ельдар Абдразаков, который в интервью LS поделился информацией о последних достижениях в продвижении интересов бизнеса в стране, а также своим мнением о наиболее актуальных процессах, происходящих сегодня в экономике Казахстана. Ельдар Советович, вы являетесь инициатором и активным сторонником использования принципа Yellow pages в экономике Казахстана. Расскажите, пожалуйста, что это такое, и каких успехов вы добились в его продвижении? Из истории Yellow pages, это пришедшее из США название телефонных справочников с информацией о предприятиях и организациях. Название связано с тем, что такие справочники уже больше века традиционно печатаются на желтой бумаге (белая бумага используется для справочника частных телефонов, голубая – для страниц правительственных и муниципальных организаций и т.д.). Принцип Yellow pages очень простой и предполагает следующее: если вы в таком телефонном справочнике найдете частную компанию, которая может предоставить вам нужный товар или оказать услугу – значит, в этом секторе не нужно создавать государственное предприятие. Государство может покупать эти товары и услуги у частных игроков. Это очень простой принцип, но он создает большую определенность для бизнеса в плане вложений. Конечно, есть сектора, которые нельзя отдавать частным компаниям – это стратегические, социальные или инфраструктурные объекты или рынки, в которых кроме государства никто не сможет работать. Тогда, да, государство обязано там присутствовать. Но в остальных секторах есть частные операторы, пусть работают. Вся история и практика мировой экономики доказывает, что частные собственники эффективнее, чем государственные компании. Принцип Yellow pages направлен на то, чтобы снизить присутствие государства в экономике. Этой идее был посвящен практически весь третий форум в прошлом году. - Этот посыл был услышан правительством? Он был услышан, мы провели большую совместную работу с правительством в этом направлении, разработали законопроект по внедрению принципов Yellow pages в экономике (законопроект «По вопросам ограничения участия государства в предпринимательской деятельности» - ред.) и сейчас он находится на рассмотрении в парламенте. Сегодня правительство понимает, что частные компании в общей системе координат имеют такие же права, как и государственные игроки, поэтому правительство должно быть равноудаленно от них, нельзя допустить слияние правительства и государственных компаний, должны быть единые правила для всех. Потому что это несправедливо, когда на рынок приходит государственная компания и берет на себя риски, которые частный сектор взять на себя не может. Если государственная компания не справляется с проблемами, она так же, как и частный оператор, должна подвергаться административному наказанию. В рамках внедрения этих принципов и проводится вторая волна приватизации государственных активов. Кроме того, законопроект предусматривает внесение поправок в самые разные законодательные акты, начиная с Гражданского кодекса до конкретных законов о государственных закупках и прочее. Сегодня мы придаем какие-то конкретные очертания этому принципу. - У ФНБ «Самрук-Казына» более 500 «дочек», если половину из них отдать в частные руки, как вы думаете, эффективность этих компаний повысится? Это зависит от того, кто станет новым собственником. Проводя приватизацию, правительство должно очень четко ответить на вопрос: каковы цели этой приватизации? Заработать побольше на продаже активов или привлечь более эффективного собственника? Я считаю, что правительство должно поставить перед собой задачу привлечения более эффективного собственника. Я знаю, что у нас в стране есть предприниматели, каждый из которых – национальный чемпион в своей отрасли Они задают тон, стандарты в своем бизнесе при том, что у них нет ни государственной поддержки, ни поддержки со стороны могущественных транснациональных корпораций. Их не назначили постановлением, они появились сами, потому что заслужили это право быть предпринимателем. Я знаю этих людей и их семьи и абсолютно уверен, что они не ориентируются на краткосрочную выгоду, которая ведома сегодня нашими госчиновниками. Они нацелены на долгосрочные перспективы, чтобы передать свой бизнес детям и внукам. Вот этот институт собственников нужно создавать, когда люди смотрят вперед и способны вырастить актив, который им доверили, холить и лелеять его. Трудно представить, чтобы чиновник чувствовал нечто подобное к структуре, которой он управляет. Для него это все равно – временное место. - Давайте поговорим о геополитике и о ее влиянии на экономику Казахстана. Вы ощущаете влияние санкций со стороны Запада в отношении России на своем бизнесе? Или они живут в своем мире, а мы – в своем? Нет, мы уже начинаем ощущать это. Сегодня санкциям подвержен ряд российских финансовых институтов и предприятий реального сектора экономики. На рынке ценных бумаг мы торгуем инструментами, выпущенными этими эмитентами, поэтому очень сильно обеспокоены дальнейшей судьбой этих компаний и их взаимодействием с международными рынками капитала. В страховом бизнесе сейчас мы думаем о том, с какими именно российскими компаниями сотрудничать, у кого перестраховывать свои риски, чтобы не нарваться на санкции. То есть интеграция с Россией ощущается довольно сильно, нам часто приходится задаваться вопросом: а не нарушаем ли мы санкции американского или европейского правительств? Приходится считаться. Нам кажется, что мы живем в Казахстане, отдельно от России, но как только начинается взаимодействие, эти санкции могут негативно отразиться и на нашем бизнесе. К сожалению, Казахстан сделал одну большую ошибку в силу недопонимания или не завершения работы над этим со стороны правительства, а именно – Казахстан не сформировался как отдельный актив для зарубежного сообщества. Для иностранцев нет понятия «казахстанские активы», Казахстан всегда рассматривался как придаток России. Мы, к сожалению, так и не смогли отделиться. Сегодня иностранцы закрывают лимиты на Россию и Казахстан в том числе. - Вы предполагаете отток капитала из Казахстана? Отток капитала у нас и раньше шел. Я, во всяком случае, вижу, что притока новых инвестиций вряд ли предвидится. - То есть иностранные инвесторы группируют нас вместе с Россией как единый регион? Да, начиная с рейтинговых аналитиков и заканчивая обычными предпринимателями, занимающимися поставкой какого-то оборудования или других продуктов. Поймите, Казахстан – очень маленький рынок. Иностранцы хорошо понимают, что для деятельности в нашей стране нужно приходить в Казахстан и создавать с нуля всю инфраструктуру для своих компаний – а это колоссальные траты времени и ресурсов. Кроме того, существует большая неопределенность – отобьются эти инвестиции или нет. Хорошо. Ради 16 миллионов? Вряд ли это привлекательно для них. - В связи со вступлением в ЕЭС отделиться теперь вообще маловероятно… Отделиться всегда можно при желании. Просто нужно садиться и обсуждать, что для нас важнее: политические или экономические интересы? Надо все равно садиться и самим внутри страны делать домашнюю работу. - А как вы оцениваете вступление Казахстана в ВТО? Насколько я знаю, идет интенсивная работа в этом направлении и до конца этого года договор будет подписан. Считаю это большим позитивным фактором, думаю, что Казахстану необходимо быстрее интегрироваться в мировое сообщество. - А как же риски для нашего бизнеса? Вы про какой бизнес говорите? Если финансовый рынок – он никогда не защищался. Для нашего экспортного потенциала – они как экспортировали, так и будут экспортировать, даже лучше станет. Для зернопроизводителей режим станет лучше, поскольку появится возможность продавать зерно Китаю. Сегодня мы не можем этого делать вследствие того, что мы не члены ВТО и в отношении нашей страны вводятся дополнительные барьеры. Самое главное – в ВТО существуют понятные правила игры. В Таможенном союзе есть правила игры, но это правила одной страны. Поэтому Казахстану необходимо быстрее интегрироваться в мировую экономику. Основной принцип ВТО – нельзя субсидировать местных производителей. В свое время, когда страны приходили в ВТО, каждая из них хотела экспортировать больше и субсидировала своих производителей, потому что внутренний спрос всегда ограничен – никто не хочет закончить перепроизводством – это еще хуже, чем недопроизводство. С тех пор ввели запрет на поддержку отечественного бизнеса – страны торгуют на равных условиях. Но у нас и так мелкий и средний бизнес никогда не видел этих субсидий. Если мы войдем в ВТО, равные условия будут для всех. От этого выиграют, прежде всего, потребители: на рынок придут другие, более интересные игроки, которые предложат новые продукты. Да, наверное, какой-то уровень конкуренции возрастет, бизнесу будет немного сложнее жить, но лично мы готовы конкурировать в этих условиях. Больше всего рисков для крупных организаций. Придется меняться. Сегодня они создали для себя такие условия, что мелкий и средний бизнес к ним близко подойти не может. Если там будут иностранные компании, мне быстрее и легче будет договориться с ними, чем с казахстанским бизнесом. В этом у меня твердая убежденность. - А что думаете насчет сельского хозяйства... Я думаю, нужна переоценка сельского хозяйства. На сегодняшний день мы имеем два типа сельского хозяйства: первое, которое досталось по наследству от СССР, – зернопроизводство и другие подотрасли. Они создавались в интересах СССР. Большой вопрос: нужно ли это сегодня Казахстану? Второй тип – это сельское хозяйство на уровне пастушечества. Очень примитивное. Это не агробизнес, не огромные фермы, где миллионы коров и других животных, нет механизированных и автоматизированных систем, которые существуют в Бразилии, Аргентине – огромные корпорации, производящие сельскохозяйственной продукции больше, чем КазМунайГаз или Казахмыс вместе взятые. У нас этого нет. Поэтому если заниматься развитием сельского хозяйства, то нужно ориентироваться именно на создание подобных крупных агрокорпораций. Давайте вернемся к финансовому рынку. Как вы оцениваете уровень развития фондового рынка в Казахстане? У некоторых людей складывается впечатление, что его вообще нет... Уровень совсем близкий к безнадежному. Только оптимизм и идеализм заставляют верить, что он когда-нибудь заработает, притом, что это очень важная часть экономики. Мне очень печально, что правительство и Национальный банк как регулятор не взяли проактивную роль в этом вопросе. Было понятно, что тот экономический рост, который у нас был, начиная с 2003-го по 2007 год, весь финансировался кредитными деньгами. Не может экономически рост всецело кредитоваться кредитными ресурсами, он должен быть подкреплен акционерным капиталом. Что интересно, коммунистический Китай это осознает. Развитие фондового рынка сегодня является одним из приоритетов экономической политики Китая. Например, осенью произошло крупнейшее первичное размещение в мире – IPO AliBaba. За 15 лет бывший гид создал корпорацию-монстр. Сегодня компания AliBaba занимает четвертое место по управлению активами. Мир меняется, меняются приоритеты. А у нас до сих пор идут обсуждения: нужен фондовый рынок Казахстану или не нужен. Но ведь это же очевидно: фондовый рынок – это неотъемлемая часть источников финансирования. Бизнес – как ребенок: если его не кормить, он не вырастет. Бизнесу не нужны кредиты. Он берет кредиты, потому что других источников нет. Банк – это последнее место, куда хочет прийти бизнес. Критически важная часть экономики – развивать рынки капитала для роста.

Динара Шумаева