Рахим Ошакбаев о новой экономической реальности Казахстана

В стране практически начинается стагнация, которая характеризуется нулевыми или незначительными темпами роста, что угрожает ростом безработицы и снижением уровня жизни

5 декабря 2016 года
    

В нынешней экономической ситуации необходимо пересмотреть условия работы для казахстанского бизнеса. Такое мнение в интервью LS высказал председатель попечительского совета центра прикладных исследований "ТАЛАП" Рахим Ошакбаев. 

- Рахим Сакенович, ранее вы и группа экономистов высказали опасения по поводу предстоящего снижения пороговой ставки НДС. Прислушалось ли к вашим аргументам правительство?

- Можно утверждать, что да. Была дана возможность для продолжения дискуссий и обозначен срок – 1 мая 2017 года. До этого времени стороны должны прийти к консенсусу как по вопросу снижения порога НДС, так и в целом в отношении самого налога на добавленную стоимость. Несмотря на возражения среди значимого количества депутатов, представителей национальной палаты предпринимателей "Атамекен" и независимых экономистов, в Казахстане все же наблюдается стремление к ужесточению налоговой нагрузки на отечественный бизнес. Отмечу наличие сильного лобби за сохранение НДС в лице зарубежных консультантов по линии международных финансовых организаций. Они, к сожалению, несмотря на относительно солидную теоретическую подготовку и активное использование международного опыта, имеют достаточно поверхностное понимание нашей казахстанской специфики – с большой долей ненаблюдаемого сектора и теневой экономики и пока еще слабыми институтами.

Стоит также отметить, что цена вопроса о снижении порога НДС в 10 раз, как было изначально, составляла 25 млрд тенге налоговых поступлений в бюджет. Сейчас идут поправки, в соответствии с которыми ожидается постепенное снижение порога в два раза к 2020 году. Таким образом, конечный эффект от данной реформы, возможно, окажется в районе 5 млрд тенге, а в промежуточные годы и того меньше.

- По вашим оценкам, какие могут быть последствия принятия подобного закона?

- Важно то, что предлагаемая мера при малой цене вопроса усложнит деятельность десяткам тысяч предприятий, а также в целом негативно повлияет на бизнес-климат. Это может повлечь рост безработицы и снижение деловой активности, что не поддается логике в кризисное время. Поэтому хорошо, что введение данных норм отложено на 2018 год, что дает возможность еще раз рассмотреть все экономические аргументы и принять взвешенное решение. Мы надеемся, что нам удастся дать правительству убедительные аргументы, расчеты и модели, чтобы не повышать налоговую нагрузку на МСБ и сориентировать наш налоговую систему не только на фискальную, но и на стимулирующую развитие предпринимательства функцию.

Мы уже начали работу, начнем ее освещать и публично обсуждать со всеми заинтересованными лицами в начале 2017 года. Мы пока что в самом начале пути.

- Могли бы вы в целом оценить нынешнее состояние экономики Казахстана?

- Очень часто теперь стали говорить о "новой реальности", но очень редко искренне хотят ее признать. С 2000 по 2007 годы при резком росте цен на нефть средний рост ВВП Казахстана был 10,2%. Но начиная с 2011 года в Казахстане темпы роста экономики начали падать с 7,4% до 1,2% в 2015-м. Ожидается, что по итогам текущего года данный показатель увеличится до 0,6-0,8%.

"Новая реальность" заключается в том, что, вероятно, цены на нефть в среднесрочном периоде останутся низкими, а значит иссякает чуть ли не единственный значимый в прошлом источник валютных поступлений, "разгонявший" нашу экономику. По факту, у нас практически начинается стагнация, которая характеризуется нулевыми или незначительными темпами роста, что угрожает ростом безработицы и снижением уровня жизни.

Еще два года назад мы предполагали, что экономика будет расти на 5,5%. При неблагоприятных условиях – как минимум на 4,3%. Причем аналогичные цифры закладывались в прогнозе социально-экономического развития. В настоящий момент есть оценки, что среднегодовые темпы роста экономики снизятся до 2% в 2017-2021 годы, в то время как мировой ВВП будет сохранять темпы роста около 3%.

- По вашим оценкам, каким образом можно изменить ситуацию и возобновить рост экономики?

- Если мы все же согласимся с прогнозами и наших министерств и международных организаций касательно цен на нефть, необходимо разворачивать дискуссию о том, как добиться дальнейшего опережающего роста без вливания бюджетных средств. Я считаю, что единственное решение – либерализация бизнес-климата.
В соответствии с концепцией по вхождению в 30 наиболее развитых стран при обозначенных ранее темпах роста ВВП в 4,3-5,5% ежегодно к 2025 году совокупный рост должен был составить минимум 52%, а желательно - 71%. 

Важно снизить фактическую нагрузку на бизнес, причем речь идет не сколько об официальных налоговых ставках, сколько о крайне высоком уровне транзакционных издержек и правовых рисков ведения бизнеса, об издержках администрирования и коррупционной ренте. По итогам десяти месяцев рост налоговых поступлений увеличился на 31%. В бюджет дополнительно собрали 1,1 трлн тенге, при этом экспортная таможенная пошлина выросла всего на 42 млрд тенге. Безусловно, в какой-то части этот рост можно объяснить эффектом девальвации. Однако нельзя исключать, что произошло серьезное ужесточение налогового администрирования, доначислений и штрафов, в результате чего фактический объем изъятия денег из экономики в бюджет так сильно вырос.

Причем это происходит на фоне серьезного снижения деловой активности в стране. На 1 октября 2016 года количество активных субъектов МСБ сократилось на 92 тыс. Выпуск продукции МСБ за январь-июнь 2016 года по сравнению с аналогичным периодом 2015 года уменьшился на 4,2%. В сочетании с минимальным ростом экономики в 0,4% мы понимаем, что эта версия имеет место быть. И вместо того, чтобы поощрять занятость и предпринимательскую активность, Казахстан фактически идет на увеличение налоговых изъятий из экономики.

Также, если мы изымаем у предпринимателей ликвидные средства и направляем в бюджет, то есть перераспределяем, – насколько эффективно это перераспределение? Насколько оно содействует занятости и экономическому росту? Ведь денег в экономике больше не становится, просто то, что бизнес мог потратить на развитие или потребление, государство пытается направить на ту же поддержку бизнеса через госпрограммы, на различные субсидии, однако охват этими субсидиями и дешевыми кредитами ничтожно мал, эти меры достаются очень-очень узкому кругу предприятий. Это неэффективное перераспределение.

Основным драйвером повышения налоговой нагрузки и наращивания внешних заимствований страны является безудержный рост расходов бюджета. Если смотреть данные за последние пять лет, то расходы республиканского бюджета выросли на 69%, или 3,5 трлн тенге. После того, как распечатали Нацфонд в 2007 году, стало доброй традицией финансировать рост расходов за счет трансфертов.

Сегодня подобные трансферты составляют практически 50% от доходной части бюджета и всего лишь 45% – это налоговые поступления. Чистые изъятия из Нацфонда превышают чистые поступления, и поскольку он небесконечен, такими темпами резервные средства могут истощиться.

- На ваш взгляд, как можно сбалансировать данную ситуацию?

- Республиканский бюджет на сегодняшний день составляет около 20% в ВВП страны. У нас есть гипотеза, что оптимальный показатель должен составлять 16,5%. Если сократить его до этого уровня, есть вероятность совершить так называемый "бюджетный маневр". Это позволит не только не повышать нагрузку на бизнес, а, наоборот, снизить. 

Для того чтобы рассчитать порог в 16,5%, мы проанализировали и наш предыдущий опыт, и опыт стран ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития), когда они находились в идентичных условиях (уровне развития). Есть как минимум два бросающихся в глаза отклонения. Первое, Казахстан тратит более 30% бюджета на госслужбу общего значения, тогда как самый максимальный уровень в странах ОЭСР – 29%, в среднем – 25,8%. Второе, расходы на образование в Казахстане едва превышают 5%. В то время как государства, входящие в ОЭСР, минимально тратят 10,2%. Отсюда следует очевидный вывод, что нам необходимо как минимум удваивать наши расходы на образование и человеческий капитал, и как можно скорее.

Мы полагаем, что можно объединить все налоги из фонда оплаты труда, включая пенсионные и фонд обязательного социального медицинского страхования, в один налог и снизить совокупную ставку с текущих 37% до 10%. Эта мера даст взрывной положительный эффект для открытия новых рабочих мест – сэкономленные деньги работодатели смогут потратить на развитие своего бизнеса и нанимать новых работников.

На наш взгляд, сложившаяся система налогообложения вместе с негативными эффектами налогового администрирования располагает МСБ справа от точки оптимума по кривой Лаффера (отображение зависимости между налоговыми поступлениями и налоговыми ставками, – LS). То есть дальнейшее увеличение налоговой нагрузки не приведет к увеличению налоговых поступлений, а, наоборот, снизит их из-за уменьшения деловой активности. Если мы сократим фактическую налоговую нагрузку и административное давление, то мы сдвинемся влево, к точке оптимума, и увеличим поступления в бюджет за счет стимулирования предпринимательской активности в среднесрочном периоде.

В рамках нашей заявленной работы мы хотим представить эконометрические модели и спрогнозировать различные сценарии государственного и республиканского бюджетов в зависимости от разных цен на нефть, определить оптимальный объем налоговых изъятий из разных отраслей, чтобы стимулировать как их развитие, так и позволить бюджету устойчиво исполнить свои социальные функции. В сокращении различных налогов и платежей кроется большой потенциал и оптимальная точка налоговой нагрузки, в сумме устраивающая всех агентов.

Следите за нашим Telegram - каналом, чтобы не пропустить самое актуальное
Подпишись прямо сейчас
Подписка на самые интересные новости из мира бизнеса
Подписаться
© Все права защищены - LS — ФИНАНСОВЫЙ ЖУРНАЛ    Условия использования материалов
Наше издание предоставляет возможность всем участникам рынка высказать свое мнение по процессам, происходящим, как в экономике, так и на финансовом рынке.