Переход казахстанцев на безналичные платежи не избавляет их от риска стать жертвой мошенников – напротив, злоумышленники осваивают новые цифровые инструменты и адаптируются к ним. Даже пользователи с высоким уровнем цифровой грамотности остаются уязвимыми. О рисках LS поговорил с главным аналитиком АФК Рамазаном Досовым.
По итогам января-июля 2026 года доля безналичных операций в Казахстане составила 88%, еще 12% пришлось на наличные расчеты.
По словам собеседника LS, при переходе от наличных к цифровым платежам меняются и риски. При использовании наличных основными угрозами остаются потеря, кража или подделка денег. При этом возможный ущерб обычно ограничен той суммой, которая находится у человека.
В цифровой среде мошенничество может происходить дистанционно и практически мгновенно, причем сразу в отношении большого числа людей. Основными рисками становятся социальная инженерия, фишинг, кража данных и использование счетов третьих лиц для вывода денег.
Аналитик привел данные Национального антифрод-центра, согласно которым за два года зарегистрировано около 180 тыс. инцидентов. При этом удалось предотвратить хищения примерно на 117 млрд теңге.
"Поэтому по мере роста безналичных платежей требования к антифрод-системам, идентификации клиентов и обмену информацией между банками и операторами связи должны расти как минимум сопоставимыми темпами", – считает он.
По мнению Р. Досова, широкому распространению банковских приложений и цифровых платежей в Казахстане способствовал высокий уровень цифровой грамотности населения. Интернетом пользуются 96% граждан в возрасте от 16 до 74 лет, около 94% имеют смартфоны, а уровень цифровой грамотности оценивается в 93%.
При этом даже подготовленный пользователь может стать жертвой социальной инженерии. Поэтому мошенники будут продолжать адаптироваться к новым цифровым условиям.
"В этой части задача уже не столько научить человека пользоваться приложением, сколько формировать финансовую дисциплину и кибергигиену", – дополнил собеседник.
Аналитик также оценил готовность Казахстана к возможным сбоям в цифровой платежной инфраструктуре. По его словам, бесперебойность национальных платежных систем превышает 99,8%, а через системы НПК проходит около 90% платежного оборота страны. В 2025 году через системы Нацбанка было обработано около 1,6 квадриллиона теңге.
Это говорит о высокой устойчивости базовой платежной инфраструктуры страны. Однако чем больше доля цифровых платежей, тем выше последствия даже кратковременного сбоя.
"Поэтому предусмотрены резервные центры обработки данных, дублирующие каналы связи и электропитания, возможность переключения между различными платежными каналами, регулярные стресс-тесты и резервные офлайн-механизмы расчетов", – добавил он.
В качестве примера аналитик привел проект цифрового теңге, который предусматривает возможность проводить платежи без доступа к интернету. При этом такой механизм является дополнением, а не полноценной заменой наличных, которые остаются самым простым автономным способом расчета.
Говоря об оптимальном соотношении наличных и безналичных платежей, собеседник LS отметил, что универсальной пропорции не существует. При нынешнем соотношении 88% безналичных и 12% наличных операций Казахстан уже находится на уровне зрелого цифрового платежного рынка.
"Дальнейшее административное стремление свести использование наличных к минимальным значениям само по себе не должно быть целью. Наличные целесообразно сохранять как полноценный резервный способ расчета. Они обеспечивают устойчивость при перебоях связи, электроэнергии или прочих событий и сохраняют доступ к платежам для отдельных групп населения и удаленных территорий", – считает Р. Досов.
По его мнению, оптимальный баланс определяется не минимальной долей наличных, а возможностью граждан свободно и безопасно использовать оба способа оплаты, при этом более эффективными остаются безналичные инструменты.
Между тем, согласно международной оценке, представленной в отчете Fintech in Kazakhstan, республика приблизилась к уровню использования безналичных денег в США и Великобритании.
Аналитик ожидает, что в будущем сокращение данного разрыва будет идти медленнее, чем ранее. Основная причина кроется в эффекте высокой базы.
"Безнал уже занимает 88%, поэтому дальнейшее вытеснение наличных становится все сложнее. Оставшийся спрос на наличные в большей степени сосредоточен в сегментах, где он устойчив структурно", – пояснил аналитик.
Речь идет о части малого бизнеса, отдельных регионах, менее цифровизированных группах населения, а также о резервном способе расчета при технических сбоях.
"Другими словами, дальнейший рост безнала будет определяться уже не массовым переходом пользователей в цифровые каналы, а более точечным проникновением в оставшиеся сегменты", – заключил он.
