Чем отличаются официальная инфляция и реальный рост цен

Казахстанец тратит много средств на питание и статьи расходов, связанные с коммунальными платежами и обслуживанием жилья, и непростительно мало на отдых и собственное здоровье.

1 марта 2016 года
    

Материал подготовлен специально для LS аналитиком Александром Юриным.

После того, как в августе прошлого года Национальный банк объявил о переходе к инфляционному таргетированию, вопросам инфляции в казахстанском информационном пространстве стало уделяться гораздо больше внимания, чем раньше. Если до изменения монетарного режима государство в своей информационной политике делало акцент на стабильности национальной валюты, то в последние месяцы государственные органы, по-видимому, пытаются сместить внимание казахстанцев с курса доллара на официально декларируемый уровень инфляции в рамках проводимой кампании по дедолларизации экономики. Впрочем, вопреки всем усилиям властей, рядовые казахстанцы до сих пор уделяют внимание в первую очередь курсу доллара, а не официальной инфляции: уровень своего благосостояния и покупательную способность своих сбережений они по привычке измеряют в долларах, а не в национальной валюте.

Причина феномена "долларизации сознания" довольно очевидна. Опыт двух с половиной десятилетий развития казахстанской экономики свидетельствует о том, что обесценение национальной валюты всегда ведет к росту цен на товары и услуги и, как следствие, увеличению нагрузки на кошельки казахстанцев. При этом курс национальной валюты к доллару – это максимально конкретный и однозначно интерпретируемый показатель, природа которого исключает любые сомнения в корректности его расчета. Вряд ли кому-то в голову придет мысль о том, что официальный курс доллара не соответствует действительности, в то время как корректность расчета тех или иных статистических показателей всегда может быть подвергнута сомнению. Именно это обстоятельство делает курс тенге по отношению к доллару вполне органичной "точкой отсчета" для измерения благосостояния казахстанцев.

Показатели, характеризующие динамику инфляционных процессов, воспринимаются уже не так однозначно, как курс национальной валюты. В экономической теории под инфляцией понимается повышение общего уровня цен на реализуемые в рамках какой-либо экономики товары и услуги, количественная оценка которого осуществляется путем вычисления индексов цен. Соответственно, объективность оценки инфляции как процесса прямо зависит от процедур и подходов, применяемых при расчете этих индексов.

Официальная казахстанская статистика очень часто становится объектом критики, при этом претензии к ней появляются каждый раз, когда представленные ряды данных противоречат друг другу, либо систематически не находят эмпирического подтверждения. Перечень озвучиваемых претензий к официальной статистике довольно широк: в медийном пространстве и экспертном сообществе часто озвучиваются мнения и о некачественном сборе информации, и о некорректном расчете показателей, и даже о грубой фальсификации данных. В большинстве случаев все доводы критиков разбиваются об один неоспоримый аргумент, сводящийся к тому, что статистика описывает общую, усредненную картину, а ее критики отталкиваются от своих частных наблюдений, которые не могут быть репрезентативными. В итоге мы наблюдаем патовую ситуацию: с одной стороны, статистические данные могут  эмпирическим наблюдениям, а с другой – опровергнуть их фактически невозможно, так как для этого нужно провести всеобъемлющий аудит всех этапов подготовки статистической информации. В этих условиях единственное, что можно сделать для определения степени надежности статистической информации, это проверка ее внутренней логики и ее соответствия банальному здравому смыслу.

Что касается критики отдельных разделов статистической информации, то статистика цен заслуженно лидирует по количеству претензий в части ее обоснованности и корректности. Фактически все казахстанцы чуть ли не ежедневно ощущают рост цен  в форме увеличения "нагрузки на свой кошелек", и в большинстве случаев их субъективные ощущения свидетельствуют о том, что рост цен существенно выше "официальной инфляции". О противоречиях между декларируемым уровнем инфляции и субъективными оценками роста цен говорят настолько часто, что это подводит к мысли о том, что для этого должна существовать объективная причина (или набор причин).

К сожалению, казахстанское статистическое ведомство публикует не всю информацию по используемой им методологии, при этом формат  публикации статистических данных на его сайте далек от идеального с точки зрения удобства использования. В силу этого довольно сложно установить, насколько релевантными являются публикуемые статистические данные, и, по-видимому, именно это во многом является причиной того, что критика официальной казахстанской статистики зачастую принимает несколько неконструктивные формы.

 I. Результаты усреднения

Наиболее распространенной оценкой инфляции является индекс потребительских цен (ИПЦ). Собственно, "официальная инфляция" в Казахстане – это и есть ИПЦ, рассчитываемый казахстанским статистическим ведомством, и нужно понимать, что эта оценка не всегда будет совпадать с субъективными ощущениями всех казахстанцев. ИПЦ рассчитывается на основе потребительской корзины некоего абстрактного "среднего казахстанца", которая, по логике, должна отражать усредненную структуру потребления всех казахстанских домохозяйств. При этом схема взвешивания для расчета ИПЦ, т.е. набор удельных весов тех или иных товаров или услуг в потребительской корзине, определяется с таким расчетом, чтобы не изменяться в течение года.

Полностью оценить корректность проводимого статистическим ведомством расчета ИПЦ и его соответствие фактическому росту цен не представляется возможным, так как для этого необходимо контролировать все этапы процесса сбора и обработки первичной информации. В то же время судить о том, насколько "официальная инфляция" соответствует действительности, можно по некоторым косвенным признакам. В частности, состав потребительской корзины "усредненного казахстанца" может дать нам некоторое понимание того, насколько корректно отражает инфляционные процессы ИПЦ, рассчитываемый комитетом по статистике министерства национальной экономики.

В соответствии с пунктом 67 опубликованной на сайте КС Методологии построения индекса потребительских цен (методология ИПЦ), "в целях обеспечения доверия общественности к индексу описание процедур регистрации цен и порядок расчета индекса цен публикуется в виде буклетов, брошюр и других изданий и доступно на сайте Комитета". На сайте КС нам удалось обнаружить только два документа, которые могут пролить свет на то, как рассчитывается ИПЦ: саму методологию ИПЦ и "Схему взвешивания для расчета ИПЦ в 2016 году" ("Схема взвешивания…"), представляющую собой описание структуры потребительской корзины того самого абстрактного "усредненного казахстанца".

Статьи расходов "усредненного казахстанца" представлены в "Схеме взвешивания…" в соответствии с номенклатурой товарных позиций к классификации индивидуального потребления по целям (НКИПЦ), которая соответствует рекомендациям ООН, датированным 2001 г. Содержание этих рекомендаций носит довольно универсальный характер с точки зрения классификации статей расходов, однако они ничего не говорят о структуре потребительской корзины, которая может меняться от страны к стране.

В рекомендациях статистического подразделения ООН мы можем видеть достаточно подробное описание элементов, входящих во все разделы, однако в "Схеме взвешивания…" приводится укрупненная разбивка на группы товаров, входящие в два первых раздела ("Продукты питания и безалкогольные напитки" и "Алкогольные напитки, табачные изделия"), остальные же разделы представлены в максимально агрегированном виде. Иными словами, мы видим потребительскую корзину "усредненного казахстанца" в максимально обобщенном виде. В то же время некоторое представление о том, что включается в отдельные разделы НКИПЦ можно получить из ежемесячно публикуемого бюллетеня "Индекс потребительских цен в республике Казахстан" (Бюллетень ИПЦ), где публикуются индексы цен по отдельным группам товаров и услуг. 

* * * * *

Одним из базовых элементов теории вероятностей является так называемый "закон больших чисел", суть которого сводится к тому, что вероятность случайного результата совместного действия большого числа случайных независимых факторов стремится к нулю. Применительно к средней для всех казахстанцев потребительской корзине это будет означать, что ее структура должна в значительной мере соответствовать структуре потребления большинства казахстанцев со средним или близким к нему уровнем расходов и доходов в случае, если структура потребительской корзины является репрезентативной.

В "схеме взвешивания…" представлены доли расходов "усредненного казахстанца" на приобретение различных видов товаров и услуг в процентах к его совокупным расходам. Статьи расходов потребительской  корзины, выраженные в процентах, достаточно сложно воспринимать "на глаз", однако если перевести их в денежный эквивалент, то можно прийти к довольно неожиданным выводам.

По данным КС, среднемесячная номинальная заработная плата по результатам 4 квартала прошлого года составила 136 тыс. тенге, номинальные среднедушевые доходы – порядка 70 тыс. тенге в месяц.  Проведем мысленный эксперимент и попробуем представить себе четырех "условно средних" казахстанцев, расходы которых сопоставимы со средними доходами и составляют 50, 100, 200 и 300 тыс. тенге в месяц, и перевести "проценты" потребительской корзины в денежный эквивалент – "круглые цифры" в данном случае взяты для большей наглядности (см. таблицу). 

cenu

Наибольший удельный вес (34,26%) в казахстанской потребительской корзине принадлежит статье НКИПЦ "Расходы на продукты питания и безалкогольные напитки". При относительно небольшом уровне совокупных расходов (50 – 100 тыс. тенге в месяц) структура расходов на продукты питания на первый взгляд не выглядит серьезно искаженной, если не считать предполагаемых расходов "усредненного казахстанца" на "хлебопродукты и крупяные изделия". Для того, чтобы выйти на предполагаемые по этой статье 6,1% от совокупных расходов, необходимо покупать хлеб десятками булок и крупы десятками килограммов. Так, при совокупных расходах в 100 тыс. тенге в месяц расходы на "хлебопродукты и крупяные изделия" должны, в соответствии со "Схемой взвешивания…", составить 6100 тенге. Исходя из данных официальной статистики, этой суммы хватит на покупку (приведены средние по Казахстану цены по состоянию на февраль текущего года согласно данным КС):

- 56 кг (или более чем 100 булок) так называемого "социального хлеба", именуемого в народе "кирпичик", по цене 108,5 тенге за кг; или

- 43 кг муки высшего сорта по цене 141,44 тенге за кг; или

- 26 кг вермишели по цене 233,66 тенге за кг; или

- 21 кг риса по цене 289,4  тенге за кг; или

- 40 кг перловой крупы по цене 149,2 тенге за кг; или

- 13 кг печенья или пряников по цене 458,27 и 454,61 тенге за кг соответственно.

Впрочем, здесь необходимо отметить, что пропорция, в которой должен потреблять данные продукты "усредненный казахстанец" с точки зрения статистического ведомства, остается неизвестной. Также остается непонятным до конца конкретный перечень товаров, относящихся к данному разделу НКИПЦ, так как в Методологии ИПЦ нет ответа на вопрос о том, что конкретно включается в данный раздел казахстанской потребительской корзины.

Индивидуальная диета "усредненного казахстанца", соответствующая предполагаемой структуре его потребительских расходов, может показаться несколько необычной, но оспаривать ее или же, наоборот, одобрять могут, по большому счету, только компетентные специалисты-диетологи. В то же время удельные веса некоторых других статей расходов объяснить с точки зрения здравого смысла довольно-таки сложно. Так, например, расходы по статье "Здравоохранение" составляют 3,72% от совокупных расходов и, согласно  Методологии ИПЦ, должны включать в себя как расходы на покупку фармацевтических препаратов, так и медицинские услуги, причем согласно упомянутым выше рекомендациям ООН данная статья расходов включает в себя стоматологические услуги. При совокупных расходах в 100 тыс. тенге "усредненный казахстанец" будет, согласно "схеме взвешивания…" тратить 3720 тенге в месяц на заботу о собственном здоровье. При таком "лимите" расходов получение многих медицинских услуг (в частности, стоматологических) становится практически невозможным. Напрашивается вывод о том, что либо казахстанцы очень серьезно экономят на своем здоровье,  либо удельный вес расходов, связанных со здравоохранением, в потребительской корзине является заниженным.

Согласно "Схеме взвешивания…", доля расходов на образование составляет 2,66% и включает в себя оплату всех видов образования от дошкольного до высшего. При совокупных расходах в 300 тыс. тенге, что более чем в два раза превышает среднюю зарплату по стране, расходы на образование должны, согласно "Схеме взвешивания…" составить 7980 тенге. В свете того, что оплата детского сада в расчете на одного ребенка составляет 15-25 тыс. тенге и выше, дошкольное образование при условии соответствия используемой КС потребительской корзины действительности будет исключительным явлением. В этом свете о расходах на высшее и среднеспециальное образование говорить уже не приходится.

Расходы "усредненного казахстанца" на "Отдых, развлечения и культуру" крайне невелики и составляют всего 3,24% от его совокупных расходов, что при совокупных расходах в 100 тыс. тенге будет составлять 3240 тенге. При этом, если верить отраженной в Бюллетене ИПЦ структуре расходов на товары и услуги,  входящие в данный раздел НКИПЦ, наполнение данного раздела выглядит весьма неожиданным. Так, в состав расходов на "Отдых, развлечения и культуру" наряду с расходами на посещение парков и кинотеатров входят траты на покупку телевизоров, аудио- и видео- и фототехники, компьютеров, книг  и даже… канцелярских принадлежностей. Таким образом, "усредненному казахстанцу" либо фактически не остается денег на развлечения и хобби из-за относительно высоких расходов на питание, либо он попросту не любит отдыхать, при этом отдыхом для него будет являться, кроме всего прочего, покупка цифровой техники, блокнотов и канцелярских скрепок.

Расходы на "Рестораны и гостиницы" еще ниже и составляют 1,63%, при этом, согласно методологии ИПЦ, данная статья расходов включает в себя как собственно посещение ресторанов, кафе и съем гостиничных номеров, так и… питание в столовых. Т.е. структура потребительской корзины предполагает, что при совокупных расходах в 100 тыс. тенге "усредненный казахстанец" будет тратить всего 1620 тенге на рестораны, гостиницы и обеды в столовых. С учетом цен в "общепите", которые многие из нас видят ежедневно, посещение столовой для "усредненного казахстанца" при такой структуре потребительской корзины будет чуть ли не праздником даже при относительно высоком с точки зрения статистике доходе.

Методология ИПЦ предполагает, что в раздел "Жилищные услуги, вода, электроэнергия, газ и прочие виды топлива", удельный вес которого в совокупных расходах является вторым по величине (16,66%), входит также (дословно) "арендная плата собственника жилища". По-видимому, данный момент предполагает не то, что собственник жилища платит сам себе арендную плату за свое жилище, а арендную плату, которую платят ему арендаторы. При этом необходимо отметить, что в Бюллетене ИПЦ в структуре данного раздела расходов не отражаются расходы на аренду.

При относительно низких уровнях расходов гипотетического "усредненного казахстанца" расходы по этой статье приблизительно соответствуют сумме коммунальных платежей за месяц. Однако при более высоких уровнях доходов эти расходы выглядят слишком высокими, если предположить, что они идут преимущественно на коммунальные платежи, и слишком низкими, если предположить, что они включают в себя арендную плату. В любом случае, для оценки того, насколько обоснованным является указанный в "Схеме взвешивания…" удельный вес данных расходов, требуется декомпозиция данного раздела на составные элементы.

Расходы на "Транспорт" включают в себя, согласно Методологии ИПЦ, "покупку собственных транспортных средств, горюче-смазочных материалов, услуги по техническому обслуживанию автомобилей, услуги общественного транспорта" и составляют 9,03% от совокупной потребительской корзины, при этом данная статья расходов в бюджете "усредненного казахстанца" оказывается ниже, чем расходы на покупку мяса и мясных продуктов(!). При переводе расходов на "Транспорт" из процентного выражения в денежное выясняется, что при низком уровне расходов полученная сумма едва может покрыть расходы на пользование общественным транспортом. В то же время при высоких совокупных расходах их объем явно недостаточен для обслуживания автомобиля и его покупки в кредит или за счет сбережений. Так, при совокупном уровне расходов в 300 тыс. тенге расходы на "транспорт" должны составить, исходя из "Схемы взвешивания…" 27 тыс. тенге, чего в принципе не хватит, например, на осуществление платежей в рассрочку. В этом свете покупка даже подержанного автомобиля выглядит исключительным явлением. Опять-таки, возникает вопрос о том, какие товары и услуги и в какой пропорции должен включать в себя данный раздел НКИПЦ по мнению казахстанского статистического ведомства.

Раздел "Алкогольные напитки, табачные изделия" также выглядит довольно занятно. Так, "усредненный казахстанец" является курящим, причем на табачные изделия он тратит 0,73% от своих расходов. Если отталкиваться от "Схемы взвешивания…", то при совокупных расходах в 100 тыс. тенге в месяц "усредненный казахстанец" будет тратить на табачные изделия 730 тенге, что при минимальной цене на сигареты  в 240 тенге за пачку хватит на покупку только трех пачек самых дешевых сигарет в месяц(!). Неизвестно, какое соотношение курящих и некурящих казахстанцев закладывалось статистическим ведомством в расчет потребительской корзины, однако нелишним в данном случае будет напомнить о том, что основным результатом проводившейся государством в последние годы "борьбы с курильщиками" стало резкое удорожание табачных изделий, в том числе вследствие увеличения акцизов на них. Иными словами, снижение удельного веса расходов на покупку табачных изделий в потребительской корзине ведет к снижению их вклада в ИПЦ и, как следствие, к некоторому занижению "официальной инфляции". В то же время табачные изделия являются так называемыми "товарами иррационального спроса", т.е. рост цены на них не ведет к снижению потребления, в свете чего достаточно сомнительным выглядит уменьшение в потребительской корзине доли расходов на табачные изделия с 0,97% в 2012 г. до 0,73% в 2016 году. 

* * * * *

В целом же структура потребительской корзины, используемая статистическим ведомством при расчете ИПЦ, предполагает, что потребление  "усредненного казахстанца"  направлено, в первую очередь, на удовлетворение его первичных физиологических потребностей. Он тратит относительно много средств на питание и статьи расходов, связанные с коммунальными платежами и обслуживанием жилья, и непростительно мало на отдых и собственное здоровье. Такая структура потребления скорее должна свидетельствовать о довольно низком качестве жизни большинства казахстанцев вне зависимости от динамики показателей инфляции, которые формируются на ее основе.

Конечно, структура потребления, отраженная в "Схеме взвешивания…" является результатом усреднения и, в общем-то, не должна соответствовать потреблению каждого конкретного казахстанца. Однако даже с учетом этого факта  потребительская корзина выглядит несколько неестественно, так как довольно сложно представить себе потребительские корзины казахстанцев с различными доходами, которые могла бы стать основой для такого "усреднения". Более того, публикуемые статведомством индексы потребительских цен для групп населения, входящих в верхний и нижний децили распределения доходов, в большинстве случаев отличаются весьма незначительно. Это дает основания предполагать, что при расчете ИПЦ, характеризующих потребление групп населения с различными доходами, КС исходит из того, что структура потребления населения не меняется кардинальным образом в зависимости от уровня доходов.

К сожалению, статистическое ведомство не публикует состав потребительской корзины в разрезе конкретных наименований товаров и услуг, которые используются при расчете инфляции, без чего невозможно сделать комплексные выводы о степени соответствия используемой им потребительской корзины реальной структуре потребления казахстанцев. В то же время вполне закономерно складывается впечатление, что используемая при расчете ИПЦ потребительская корзина несколько искажает фактическую структуру потребления.

При этом более половины этой потребительской корзины составляют товары и услуги, динамика цен на которые менее всего зависит от курса национальной валюты – продукты питания и коммунальные услуги. Здесь необходимо отметить, что рост цен на продукты питания в 2014-2015 годы был не настолько выражен, как рост цен на непродовольственные товары, в силу двух факторов.

Во-первых, в Казахстане увеличилось предложение импортируемых продуктов питания вследствие санкций, введенных Россией на ввоз некоторых видов продовольствия  из ряда стран, в результате чего многие продукты питания, изначально предназначенные для российского рынка, стали продаваться в Казахстане по демпинговым ценам.

Во-вторых, рост цен на продукты питания сдерживался тем, что вследствие девальвации российского рубля упали цены на товары, импортируемые из России. Если предположить, что доля продуктов питания в структуре потребительской корзины является несколько завышенной, то можно сделать вывод, что реальная "нагрузка на кошельки" казахстанцев росла несколько более быстрыми темпами в сравнении с "официальной инфляцией". При этом есть все основания полагать, что инфляционные процессы уже "догоняют" или очень скоро начнут "догонять" девальвацию национальной валюты.

 Продолжение материала "Трудности взвешивания и проблемы таргетирования" 

Следите за нашим Telegram - каналом, чтобы не пропустить самое актуальное
Подпишись прямо сейчас
Подписка на самые интересные новости из мира бизнеса
Подписаться
© Все права защищены - LS — ФИНАНСОВЫЙ ЖУРНАЛ    Условия использования материалов
Наше издание предоставляет возможность всем участникам рынка высказать свое мнение по процессам, происходящим, как в экономике, так и на финансовом рынке.