Глобальный рынок капитала стал более избирательным: теперь Казахстану нужно подтверждать не только доходность, но и предсказуемость своей среды. Такое мнение LS озвучил экономист, автор Telegram-канала Tengenomika, основатель сетевого издания EconomyKZ.org Руслан Султанов.
Аналитики ERI обратили внимание на то, что проекты стоимостью свыше $1 млрд (мегасделки) стали драйвером инвестиций в отраслях будущего и обеспечили 75% роста в ресурсных отраслях. Причем ПИИ сконцентрирован в развитых странах. На их взгляд, такой тренд указывает на смещение глобальных инвестиций в пользу юрисдикций, где уже есть масштабные рынки, технологические цепочки и инфраструктура для отраслей будущего.
Что это значит для Казахстана
Собеседник LS считает, что подобная ситуация усиливает турнирную логику борьбы за капитал.
"Деньги идут туда, где уже готовы площадки, инфраструктура и правила игры не меняются по ходу проекта. Для Казахстана это повышает волатильность притока ПИИ: один крупный контракт легко рисует рекордный год, пауза между сделками так же легко портит статистику. Риск в том, что политика начинает обслуживать витринные проекты, а не предсказуемую среду для широкого круга инвесторов", – отметил он.
Экономист напомнил, что мегапроекты для республики не новость и всегда формировали инвестиционный профиль. Однако на горизонте он не видит инициатив, сопоставимых с Кашаганом, что обусловлено жесткой глобальной конкуренцией за капитал и ограничениями рынка.
По его словам, у Казахстана уже есть собственный пул из 17 мегапроектов, заявленный правительством, и часть из них – с иностранным участием. На этом фоне он считает разумным не расширять данный список, а довести эти инициативы до результата.
"Для инвестора сегодня ценнее запущенный проект с понятной экономикой, чем громкий анонс. Именно это и снижает зависимость ПИИ от единичных сделок, переводя фокус с показных цифр на устойчивый приток капитала", – добавил он.
Инвесторам нужны тихие гавани
Что касается рисков концентрации ПИИ в развитых экономиках, то Р. Султанов пояснил, что это делает глобальный капитал более осторожным и в каком-то смысле более ленивым. Так, деньги предпочитают юрисдикции с готовым рынком, выстроенной инфраструктурой и стабильными правилами. К этому добавился еще один фильтр – политическая близость и ощущение безопасности страны на фоне геополитической турбулентности. Как отметил экономист, для Казахстана конкуренция идет уже не только за доходность, но и за доверие.
"Риск очевиден. Если мир делится на зоны повышенной и пониженной предсказуемости, капитал автоматически тяготеет к первой группе. В такой конфигурации страны вне ядра сталкиваются с оттоком внимания инвесторов даже при конкурентных условиях по ресурсам и издержкам", – отметил он.
Говоря о внутренних факторах, способных отпугнуть инвесторов, Р. Султанов выделил два блока. Первый связан с геополитикой региона, второй – с инфраструктурными ограничениями. Он рассказал, что на практике многие проекты тормозятся не из-за отсутствия денег или интереса, а из-за таких базовых вещей, как электроэнергия, сети, вода и др.
"В совокупности это формирует простой вывод для инвестора. В условиях повышенной геополитической чувствительности выигрывают страны, где внутренние процессы работают без задержек и ручного управления. Там, где инфраструктура и правила включаются автоматически, мегапроекты доходят до стадии реализации, а не остаются в списках намерений", – объяснил собеседник LS.
В то же время, на его взгляд, у республики есть потенциальное окно возможностей. Это многовекторная внешняя политика, позволяющая сохранять рабочие отношения с разными центрами силы и играть роль моста, а не периферии конфликта.
"В текущей мировой архитектуре это редкий и ценный актив. При правильной подаче страна может восприниматься как нейтральная и прагматичная площадка для размещения капитала", – считает Р. Султанов.
Он продолжил, что есть одно условие – внешняя нейтральность должна подкрепляться внутренней предсказуемостью. По его словам, если правила меняются, инфраструктура не готова, а проекты застревают на стадии согласований, то инвестор уйдет в более простую юрисдикцию, даже с меньшей доходностью. Поэтому в такое среде, на его взгляд, выигрывают стабильные регуляторные рамки, скорость решений и минимизация роли государства в операционной экономике.
Может ли Казахстан тягаться с крупными рынками
Экономист отметил, что мегапроекты не одинаковы по своей природе: часть из них строится под локальный спрос, а другая – под ресурсы, энергию, логистику и экспорт. И в последней категории у Казахстана есть преимущество.
"Доступная энергия при условии ее гарантированной стабильности, сырьевая база, транзитный потенциал и география рядом с крупными рынками Китая, ЕАЭС и Центральной Азии. Это аргументы, которые интересуют инвестора не меньше, чем численность потребителей. Ключевая ошибка здесь – попытка копировать модель развитых рынков. Гораздо рациональнее собирать мегапроекты под собственные сравнительные преимущества и встраиваться в региональные и глобальные цепочки как производственная или логистическая платформа", – подчеркнул Р. Султанов.
По его мнению, в такой логике выигрывают те, кто точно понимает, за счет чего проект будет зарабатывать и где роль государства ограничивается созданием условий, а не управлением бизнесом.
Отрасли страны, готовые к мегапроектам
Экономист считает, что в данном вопросе Казахстан пока не дотягивает до высокотехнологичных инициатив уровня микроэлектроники, сложного машиностроения, фармацевтики полного цикла. По его словам, причина кроется не в отсутствии амбиций, а в том, что для таких отраслей нужны зрелые цепочки поставщиков, кадры с отраслевым опытом, собственный R&D*, рынок масштаба и жесткая производственная дисциплина.
"Такие экосистемы не возникают по решению правительства и не покупаются налоговыми льготами. Однако необходимость подобных проектов бесспорна. Они долгосрочные и влекут кардинальные изменения в экосистемах", – добавил Р. Султанов.
Сейчас у республики есть сильные позиции в проектах промежуточного звена, где стартовые условия уже сложились, считает он. Это металлургия и переработка руд, химия и удобрения, стройматериалы, агропром, компоненты и полуфабрикаты, а также энергетика и инфраструктура.
По его мнению, именно такие сферы на сегодня являются наиболее зрелыми для инвестиций, сопоставимых с мегасделками. Так, они дают относительно быстрый экономический эффект, экспортную выручку и занятость, а главное, формируют производственный фундамент. В дальнейшем на этой базе Казахстан сможет выстраивать более сложные цепочки.
"Прыжок через несколько ступеней выглядит красиво в презентациях, но редко работает в реальной промышленной политике в краткосрочной перспективе. Но это необходимость, которую обойти нельзя. Но здесь самое важное – она дает кардинальные изменения в долгосрочной перспективе", – подчеркнул он.
Кто станет главным источником капитала
Собеседник LS считает, что в ближайшие годы для Казахстана такой страной останется Китай. Причем речь идет не только о сырьевых проектах, но и сферах энергетики, включая ВИЭ и сети, переработку, логистику, промышленную кооперацию, инфраструктуру и локализацию производства.
"Это прагматичные проекты с ориентацией на экспорт и региональные цепочки, где важны скорость решений и физическая готовность площадок", – уточнил Р. Султанов.
Также устойчивый поток инвестиций идет от Турции, чей капитал сконцентрирован в сферах АПК, строительства, переработки, стройматериалах, торговой инфраструктуры, машиностроения среднего уровня, фармацевтической промышленности. Как отметил экономист, их ключевое преимущество заключается в скорости и опыте работы в развивающихся экономиках. Более того, при понятных правилах и поддержке на местах такие проекты запускаются быстро.
Другая группа – это страны Персидского залива. Это инвестиции с длинным горизонтом и интересом к энергетике, инфраструктуре, продовольственной безопасности, логистике и фининструментам, пояснил Р. Султанов.
"При правильной упаковке и четкой экономике проекты из Казахстана могут хорошо вписываться в стратегию диверсификации их портфелей. Здесь инвестору важны масштаб, устойчивость и прогнозируемость доходов", – уточнил экономист.
Между тем западные инвесторы из ЕС, США, Кореи и Японии, на его взгляд, будут заходить в РК точечно. Их интерес сосредоточен вокруг критических минералов, низкоуглеродных цепочек и ESG-проектов. Зачастую это вложения под межправительственные гарантии, жесткие требования к комплаенсу и долгие циклы согласований.
"Массового притока оттуда ждать не стоит, но отдельные сделки могут быть качественными и технологически значимыми", – ожидает он.
Соперничество в Центральной Азии усиливается
Отвечая на вопрос о том, как тренд с мегасделками влияет на распределение инициатив в данном регионе, экономист указал на ужесточение конкуренции за крупные проекты.
"Побеждают те, кто быстрее дает инвестору готовую площадку, инфраструктуру и понятные условия входа. При этом Казахстану не стоит гнаться за мегаинвесторами любой ценой. Крупный капитал важен, и для него нужны комфортные условия и профессиональное сопровождение, но в рамках национальных интересов. Речь о четких обязательствах по локализации, рабочим местам, налоговой отдаче, трансферу технологий и экспортной ориентации", – считает Р. Султанов.
По его мнению, главная ставка должна делаться на системную среду для бизнеса, а не на единичные сделки. Это делает приток инвестиций устойчивее и менее зависимым от политических решений.
"Я говорю об отходе инвестиций по проектам к созданию условий для тех, кто готов развивать и развиваться. Это кардинальное изменение условий, потому что даст совершенно иную конкуренцию за возможности и рынки", – уточнил он.
Собеседник LS продолжил, что отдельным вопросом является региональный подход. На его взгляд, для Казахстана и ЦА в целом рациональнее снижать риски и ускорять проекты через совместные решения.
"Энергия, сети, логистика, индустриальные площадки, защита инвестора и предсказуемые правила. В этой логике странам региона выгоднее не выматывать друг друга налоговыми и регуляторными уступками, а кооперироваться. Совместные транзитные коридоры, взаимосвязанные цепочки поставок и единый понятный инвестиционный периметр делают регион интересным как целостный рынок и маршрут, а не набор разрозненных юрисдикций", – резюмировал Р. Султанов.
Ранее правительство представило пул крупных индустриальных проектов на 10,2 трлн тенге. Все они направлены на снижение зависимости от сырьевых колебаний и развитие реального промышленного производства.
